Эфрос Анатолий Васильевич

Годы жизни: 20 сентября 1925 — 13 января 1987 (61 год)

Родился 3 июля 1925 года в Харькове в еврейской семье служащих авиационного завода. С детства бредил театром.

В 1943 году поступил в студию при Театре имени Моссовета. В 1944 году перевелся на режиссерский факультет ГИТИСа (мастерская Н. В. Петрова и М. О. Кнебель), который успешно окончил в 1950 году.

Из-за борьбы с «космополитизмом» в Москве устроиться не смог. Три года работал в Рязанском драматическом театре, где за короткий срок поставил несколько ярких спектаклей.

1954–1963 - Возглавив Центральный детский театр, Эфрос превратил его из сугубо детского учреждения в один из самых модных театров столицы. Здесь он открыл драматургию Виктора Розова и вывел на сцену молодых актеров — Олега Ефремова, Квашу, Дурова.

1964–1967 - период руководства Московским театром имени Ленинского комсомола стал легендарным. Спектакли Эфроса («В день свадьбы», «104 страницы про любовь», «Чайка») собирали толпы. Однако за «идеологические ошибки» и слишком вольную трактовку классики он был отстранен от руководства.

1967–1984 - в театр на Малой Бронной Эфрос перешел на должность очередного режиссера, но фактически сделал театр культовым. Здесь, в союзе с актерами Львом Дуровым, Николаем Волковым, Ольгой Яковлевой, он поставил свои главные шедевры: «Три сестры», «Отелло», «Месяц в деревне», «Женитьба».

Работая в кино Эфрос создал несколько знаковых кинолент и телеспектаклей, отличавшихся тонким психологизмом: художественные фильмы «Шумный день» (1960) и «В четверг и больше никогда» (1977)а также легендарный телеспектакль «Всего несколько слов в честь господина де Мольера» (1973).

В 1984 году, после вынужденной эмиграции Юрия Любимова, Министерство культуры назначило Эфроса главным режиссером Театра на Таганке. Коллектив Таганки воспринял приход Эфроса как предательство Любимова. Часть актеров объявила режиссеру жесткий бойкот. Ему резали дубленку, прокалывали шины, с ним отказывались здороваться, устраивали обструкции на репетициях.

Не выдержав колоссального психологического давления и травли, Анатолий Васильевич Эфрос скончался от инфаркта 26 января 1987 года в возрасте 61 года. Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве.

Цитаты персоны

«Режиссура — это не профессия, это образ жизни и способ мышления»

«Режиссёр должен умереть в актёре»

«Искусство режиссуры заключается в том, чтобы организовать кусок чужой жизни так, как будто это твоя собственная»

«Актёр — существо нежное, его нельзя ломать коленкой»

«Театр — это не здание. Театр — это то, что происходит между людьми»

«Классику нужно ставить так, будто пьеса написана сегодня утром»

«В искусстве, как и в жизни, за всё приходится платить. И чаще всего — собственной кровью и нервами».

Высказывания о персоне

Валентин Гафт:«Эфрос — это легкое дыхание театра. Он умел так разобрать пьесу, что актеру казалось, будто он сам сочиняет текст прямо сейчас на сцене. Он не строил мизансцены, он выращивал их из наших чувств. После работы с Анатолием Васильевичем играть у других режиссеров часто казалось пресным занятием».

Лев Дуров:«Анатолий Васильевич обладал невероятным магнетизмом. На репетициях он мог говорить тихо, почти шепотом, но вся комната замирала. Он был удивительно деликатным человеком, никогда не кричал на актеров. Его оружием была ирония и потрясающий, детский разбор роли. Он открыл во мне драматического актера, за что я буду благодарен ему всю жизнь».

Ольга Яковлева (муза и главная актриса режиссера):«Эфрос видел мир тоньше и болезненнее других. Его спектакли были сотканы из нюансов, полутонов, из невысказанных обид и скрытой нежности. Он репетировал так, словно занимался любовью с искусством — страстно, увлеченно, забывая обо всем на свете».

Георгий Товстоногов (главный режиссер БДТ):«Анатолий Эфрос — один из немногих режиссеров, у кого есть свой, абсолютно неповторимый почерк. Его невозможно спутать ни с кем. Он реформировал психологический театр, убрав из него бытовую тяжеловесность. Его Чехов и Мольер — это прорыв в будущее театрального языка».

Олег Ефремов (создатель театра «Современник»):«Анатолий Васильевич был удивительно чистым и ранимым художником. Он не умел защищаться от ударов судьбы и чиновничьего маразма. Его театр держался на тончайших нервных связях, и когда эти связи рвали, он глубоко и молча страдал».